очти все время своего правления провел в Италии, борясь за власть с папами; одновременно он стал королем Иерусалимским. Высшей точкой его многочисленных итальянских кампании явилась победа над Ломбардской лигой в битве при Корте-Нуова (или Кортенуова, 1237 г.). Кроме того, Фридрих II дважды воевал с армиями папы Григория IX (1229-1230 и 1240-1241 гг.). Удачная война с папой Иннокентием IV (1244-1247 гг.) привела к тому, что папа стал поддерживать антикоролей Генриха Тюрингского и Вильгельма Голландского (1244-1256 гг.) в гражданской войне против Фридриха II и его сына Конрада IV (1246-1256 гг.). Фридрих II был в сущности не германским, а сицилийским королем (с 1212 г.), унаследовавшим Королевство обеих Сицилий в Южной Италии и лишь потом попавшим на императорский трон. В своей политике он меньше всего руководствовался интересами Германии. Фридрих II старался сочетать идею обожествления императорской власти (в духе теократии) с идеей сильной королевской власти, заимствованной из практики Сицилийского королевства. Этот император пытался добиться от западноевропейских королей подчинения ему, как "первому среди равных". Однако его попытки добиться господства над всей феодальной Европой противоречили интересам нарождавшихся централизованных государств и потерпели крах. Несмотря на постоянные столкновения Фридриха II с папами (Григорием IX и Иннокентием IV) и даже на неоднократные отлучения его от церкви, разногласия между императором и папами нередко отступали на второй план перед угрозой народных движении и ересей, подрывавших основы католической церкви и средневековой империи. Будучи одновременно германским императором и сицилийским королем, Фридрих II стремился захватить в свои руки также Северную и Среднюю Италию с тем, чтобы создать хотя бы механическое объединение феодально-раздробленной Италии и распадавшейся на княжества Германии. Для достижения этой цели он беспощадно выжимал денежные средства из богатой Сицилий, а Германию фактически отдал в распоряжение князей, от которых требовал лишь предоставления ему вассалов для военных походов.

Различие в ломбардских войнах Фридриха I и его внука Фридриха II заключается в том, что последний только изредка получал подкрепления из Германии, но зато в самой Италии он имел основу своего могущества - полученное им в наследство от матери королевство обеих Сицилий. Германские феодалы уже не проявляли больше готовности переходить, напрягая свои силы, через Альпы, так как охота к наградам и почестям на императорской службе со времен Барбароссы была уже в значительной мере утрачена, а умами представителей отдельных княжеских домов владели династические стремления, вытесняя государственную идею. И своим южно-итальянским королевством, которое после смерти императора Генриха VI (1197 г.), во времена регентства пришло к анархии, Фридриху II лишь постепенно удалось овладеть снова: после этого он стал стремиться восстановить свои королевские и императорские права и в Верхней Италии, также обветшавшие за это время. Если бы его политика имела успех, то результатом ее, вероятно, было бы объединенное Итальянское королевство, отделенное от Германской империи. Первая попытка императора Фридриха распространить свою власть на северо-итальянские коммуны не имела успеха. Десять лет спустя, создав себе хорошую позицию среди германских феодалов благодаря своей уступчивости к их территориальным притязаниям и обеспечив себе поддержку с их стороны, он начал решительную борьбу, до конца которой не дожил.

В прежние времена, когда Барбаросса или его предшественники появлялись с немецкой армией к югу от Альп, итальянцы не решались встретиться с ними в открытом поле. Если иногда и происходили сражения, - в частности, когда Барбаросса терпел поражение при Каркано или Леньяно, - то здесь были только отдельные отряды, на которые миланцы нападали ловко и сплоченно, раньше чем они успевали выполнить свое намерение соединиться с другими отрядами. В сущности ломбардцы всегда полагались на оборонительные силы своих городских укреплений. Против Фридриха II они выступили со своим союзным войском в открытом поле, но все же не для сражения, а для того, чтобы путем маневрирования, путем занятия позиции, прорезанной реками и каналами, воспрепятствовать осаде и захвату укрепленных мест. Первый год (1236 г.) им удалось продержаться таким маневрированием. Во второй год (1237 г.) сам император отправился еще раз в Германию и осенью с 2 тысячами рыцарей возвратился вновь через Бреннер. Он склонил Мантую выйти из Ломбардского союза и угрожал Брешии, наступая на нее с юго-востока. Для прикрытия этого города ломбардское войско заняло позицию, настолько защищенную реками, рвами и каналами (при Манербио, за речонкой Лузиньоло), что император не мог ничего поделать. В конце ноября ему не оставалось ничего иного, как распустить отряды верных империи городов, которые не пожелали оставаться дальше при нем. Но именно эту обстановку император сумел использовать с тонким расчетом, чтобы в последний момент иметь возможность прийти к желанному решению и нанести противнику смертельный удар.